Меню

Анализ судебной практики пенсий по случаю потери кормильца

Анализ судебной практики пенсий по случаю потери кормильца

Об актуальных изменениях в КС узнаете, став участником программы, разработанной совместно с АО «Сбербанк-АСТ». Слушателям, успешно освоившим программу выдаются удостоверения установленного образца.

Программа разработана совместно с АО «Сбербанк-АСТ». Слушателям, успешно освоившим программу, выдаются удостоверения установленного образца.

Апелляционное определение СК по гражданским делам Московского областного суда от 18 марта 2015 г. по делу N 33-5936/2015 (ключевые темы: пенсии по случаю потери кормильца — назначение пенсии — трудовые пенсии — нахождение на иждивении — образовательные программы)

Апелляционное определение СК по гражданским делам Московского областного суда от 18 марта 2015 г. по делу N 33-5936/2015

Судебная коллегия по гражданским делам Московского областного суда в составе:

председательствующего судьи Немовой Т.А.,

судей Мизюлина Е.В., Сидорова П.А.,

при секретаре Конюховой К.О.,

рассмотрев в открытом судебном заседании 18 марта 2015 года апелляционную жалобу государственного учреждения Управление Пенсионного фонда Российской Федерации N 18 по г. Москве и Московской области на решение Щелковского городского суда Московской области от 17 декабря 2014 года по делу по иску Шершавых Олега Дмитриевича к государственному учреждению Управление Пенсионного фонда Российской Федерации N 18 по г. Москве и Московской области об установлении факта нахождения на иждивении, признании отказа ГУ УПФ РФ N 18 по г. Москве и Московской области в установлении пенсии по случаю потери кормильца незаконным, обязании назначить пенсию по потере кормильца,

заслушав доклад судьи Сидорова П.А.,

объяснения представителя ответчика Немчиновой О.А.,

Шершавых О. Д. обратился в суд с иском ГУ УПФ РФ N 18 по г. Москве и Московской области, в котором просил установить факт нахождения на иждивении у отца Шершавых Д.В., умершего 07.01.2013 года, признании решения об отказа в установлении пенсии по случаю потери кормильца незаконным, обязании назначить пенсию по потере кормильца с 07.08.2013 года.

В обоснование требований указал, что материальная помощь отца являлась для него постоянным и основным источником средств к существованию. В настоящее время он обучается на очном отделении ФГБОУ ВПО «Государственный университет по землеустройству», в связи с чем имеет право на назначение пенсии по случаю потери кормильца. 07.08.2013 года он обратился с соответствующим заявлением в пенсионный орган. Однако, в назначении пенсии было отказано, что считает неправомерным.

Представитель ответчика просил в иске отказать.

Решением Щелковского городского суда Московской области от 17 декабря 2014 года установлен факт нахождения Шершавых Олега Дмитриевича, 24 октября 1992 года рождения, на иждивении отца, Шершавых Дмитрия Валентиновича, умершего 07 января 2013 года; признано незаконным решение об отказе в установлении пенсии по случаю потери кормильца; ГУ УПФ РФ N 18 по г. Москве и Московской области обязано назначить Шершавых О.Д. пенсию по потере кормильца, начиная с 07 августа 2013 года до 24 октября 2015 года — достижения Шершавых Олегом Дмитриевичем двадцатитрехлетнего возраста.

В апелляционной жалобе, доводы которой поддержал в заседании апелляционной инстанции представитель, ответчик просит решение суда отменить как незаконное и необоснованное.

Истец в заседание апелляционной инстанции не явился.

Выслушав представителя ответчика, исследовав материалы дела, проверив законность и обоснованность судебного решения в пределах доводов апелляционной жалобы в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему.

Согласно ст. 9 Федерального закона N 173-ФЗ от 17.12.2001 г. «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» право на трудовую пенсию по случаю потери кормильца имеют нетрудоспособные члены семьи умершего кормильца, состоявшие на его иждивении(п.1).

Нетрудоспособными членами семьи умершего кормильца признаются:

дети умершего кормильца, не достигшие возраста 18 лет, а также дети, обучающиеся по очной форме по основным образовательным программам в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, до окончания ими такого обучения, но не дольше чем до достижения ими возраста 23 лет(подп.1 п.2)

Члены семьи умершего кормильца признаются состоявшими на его иждивении, если они находились на его полном содержании или получали от него помощь, которая была для них постоянным и основным источником средств к существованию(п.3).

Как установлено судом и подтверждается материалами дела, Шершавых О.Д., 24.10.1994 года рождения, с 01. 09. 2011 года обучается на очном отделении ФГБОУ ВПО «Государственный университет по землеустройству». Его отец, Шершавых Д. В., умер 07.01.2013 года.

Удовлетворяя требования об установлении факта нахождения Шершавых О.Д. на иждивении умершего отца, суд, оценив представленные доказательства в соответствии со ст. 67 ГПК РФ, пришел к выводу, что истец получал от отца при его жизни помощь, которая была для него постоянным и основным источником средств к существованию.

В апелляционной жалобе такие выводы суда не оспариваются и не приводятся сведения их опровергающие, в связи с чем у судебной коллегии отсутствуют основания для признания их неправильными.

Доводы ответчика о том, что данные требования подлежали рассмотрению в порядке особого производства, судебная коллегия находит несостоятельными, учитывая, что Шершавых О.Д. обратился с исковым заявлением и судом разрешался вопрос о наличии у него права на назначение пенсии по потери кормильца, в связи с чем дело могло быть рассмотрено только в порядке искового производства.

Установив юридический факт нахождения на иждивении, суд пришел к выводу о наличии у истца права на назначение пенсии по потери кормильца и признал решение пенсионного органа об отказе в назначении пенсии незаконным.

Соглашаясь с выводами суда о наличии у истца права на назначение трудовой пенсии по потери кормильца с учетом установленного факта иждивения, судебная коллегия находит ошибочным вывод суда о неправомерности решения пенсионного органа, отказавшего в ее назначении, исходя из следующего.

В соответствии с п. 4 ст. 9 Федерального закона N 173-ФЗ от 17.12.2001 г., иждивение детей умерших родителей предполагается и не требует доказательств, за исключением указанных детей, объявленных в соответствии с законодательством Российской Федерации полностью дееспособными или достигших возраста 18 лет.

Согласно позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в Определении от 30 сентября 2010 г. N 1260-О-О, факт нахождения на иждивении либо получения существенной помощи от умершего кормильца может быть установлен как во внесудебном, так и судебном порядке путем определения соотношения между объемом помощи, оказываемой умершим кормильцем, и собственными доходами иждивенца, и такая помощь может быть признана постоянным и основным источником его средств к существованию.

Учитывая возраст истца, для назначения ему трудовой пенсии по потери кормильца он должен был представить в пенсионный орган доказательства нахождения на иждивении у умершего отца, отчего истец, как следует из его заявления(л.д.72) отказался.

При таких обстоятельствах, у ответчика отсутствовали основания для назначения ему пенсии.

С учетом изложенного, в этой части решение суда не может быть признано законным и подлежит отмене с вынесением в отмененной части нового решения об отказе в удовлетворении данного требования.

Читайте также:  Базовый коэффициент для расчета пенсии

Также, по мнению судебной коллегии, суд неверно определил период на который должна быть назначена трудовая пенсия по потери кормильца.

В соответствии со ст. 19 Федерального закона N 173-ФЗ от 17.12.2001 г., трудовая пенсия назначалась со дня обращения за указанной пенсией, за исключением случаев, предусмотренных пунктами 4 и 4.1 настоящей статьи, но во всех случаях не ранее чем со дня возникновения права на указанную пенсию.

При этом днем обращения за трудовой пенсией считался день приема органом, осуществляющим пенсионное обеспечение, соответствующего заявления и необходимых для назначения пенсии документов.

Подпунктом 4 данной статьи установлено, что трудовая пенсия по случаю потери кормильца назначается со дня смерти кормильца, если обращение за указанной пенсией последовало не позднее чем через 12 месяцев со дня его смерти, а при превышении этого срока — на 12 месяцев раньше того дня, когда последовало обращение за указанной пенсией.

Учитывая изложенное, а также, то обстоятельство, что в пенсионный орган истец необходимых для назначения пенсии документов не представил, у суда отсутствовали основания для назначения пенсии со дня обращения истца с заявлением о назначении пенсии.

Принимая во внимание изложенное, судебная коллегия исходит из даты его обращения в суд, являющийся органом по разрешению пенсионных споров, в связи с чем полагает, что истребуемая пенсия должна быть назначена с 24 октября 2013 года.

Обязывая назначить трудовую пенсию по случаю потери кормильца до достижения истцом возраста 23 лет, суд не учел, что до достижения указанного возраста она может быть назначена только в случае его обучения по очной форме по основным образовательным программам в организациях, осуществляющих образовательную деятельность.

Между тем, справкой от 22.10.2014 года N 1649 подтверждается обучение истца по 30 июня 2015 года.

В силу ч. 2 ст. 195 ГПК РФ, суд основывает решение только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании.

Таким образом, трудовая пенсия по случаю потери кормильца может быть назначена по 30 июня 2015 года.

С учетом изложенного, решение суда в части периода, на который должна быть назначена трудовая пенсия по потери кормильца, не может быть признано законным и подлежит изменению в указанном порядке.

Руководствуясь ст. 328 ГПК РФ, судебная коллегия

решение Щелковского городского суда Московской области от 17 декабря 2014 года в части признания незаконным решения ГУ УПФ РФ N 18 по г. Москве и Московской области об отказе в установлении пенсии по случаю потери кормильца Шершавых Олегу Дмитриевичу отменить.

В отмененной части постановить новое решение.

В удовлетворении требований Шершавых Олега Дмитриевича о признании незаконным решения ГУ УПФ РФ N 18 по г. Москве и Московской области об отказе в установлении пенсии по случаю потери кормильца отказать.

То же решение в части обязания ГУ УПФ РФ N 18 по г. Москве и Московской области назначить Шершавых Олегу Дмитриевичу пенсию по потери кормильца, начиная с 07 августа 2013 года до 24 октября 2015 года изменить.

Обязать ГУ УПФ РФ N 18 по г. Москве и Московской области назначить Шершавых Олегу Дмитриевичу пенсию по потери кормильца — Шершавых Дмитрия Валентиновича, умершего 07 января 2013 года, начиная с 24 октября 2013 года по 30 июня 2015 года.

В остальной части решение суда оставить без изменений.

Апелляционную жалобу государственного учреждения Управление Пенсионного фонда Российской Федерации N 18 по г. Москве и Московской области удовлетворить частично.

Источник статьи: http://www.garant.ru/products/ipo/prime/doc/132991731/

Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 25.07.2016 N 18-КГ16-53

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

от 25 июля 2016 г. N 18-КГ16-53

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в составе

председательствующего Пчелинцевой Л.М.,

судей Кириллова В.С. и Жубрина М.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании 25 июля 2016 года гражданское дело по иску Крюковой А.А. к Государственному учреждению — Управлению Пенсионного фонда Российской Федерации в Прикубанском внутригородском округе г. Краснодара о признании членом семьи умершего, об установлении факта нахождения на иждивении, о признании права на получение пенсии по случаю потери кормильца

по кассационной жалобе начальника Государственного учреждения — Управления Пенсионного фонда Российской Федерации в Прикубанском внутригородском округе г. Краснодара Борзяк Н.В. на апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 17 сентября 2015 года, которым отменено решение Ленинского районного суда г. Краснодара от 3 июля 2015 года об отказе в иске, и принято новое решение о частичном удовлетворении иска.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Кириллова В.С.,

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации

Крюкова А.А. обратилась в суд с иском к Государственному учреждению — Управлению Пенсионного фонда Российской Федерации в Прикубанском внутригородском округе г. Краснодара (далее — ГУ — УПФ РФ в Прикубанском внутригородском округе г. Краснодара, пенсионный орган) о признании членом семьи умершего, об установлении факта нахождения на иждивении, о признании права на получение пенсии по случаю потери кормильца.

В обоснование требований Крюкова А.А. ссылалась на то, что она является вдовой умершего 4 ноября 2014 года Крюкова Н., года рождения. Крюкова А.А. с 7 марта 1989 года получает пенсию по старости, с 9 февраля 2006 года ей установлена II группа инвалидности по общему заболеванию. С момента выхода на пенсию она нигде не работает, размер пенсии составляет 5696,29 руб., ежемесячная выплата по инвалидности — 2123,92 руб. Ее супруг получал трудовую пенсию по старости в размере 17 866,28 руб., ежемесячные выплаты как ветеран труда в общей сумме 1195,64 руб., поэтому Крюков Н.К. обеспечивал ее и она находилась на его иждивении.

В феврале 2015 года Крюкова А.А. обратилась в пенсионный орган с заявлением о переводе ее с получения трудовой пенсии по старости на получение страховой пенсии по случаю потери кормильца.

Решением комиссии по рассмотрению вопросов реализации пенсионных прав граждан ГУ — УПФ РФ в Прикубанском внутригородском округе г. Краснодара от 6 марта 2015 года Крюковой А.А. отказано в удовлетворении заявления о переходе с трудовой пенсии по старости на пенсию по случаю потери кормильца, поскольку брак между Крюковой А.А. и Крюковым Н.К. был расторгнут 25 января 1995 года, в связи с чем Крюкова А.А. не является членом семьи умершего Крюкова Н.К.

По мнению Крюковой А.А., она имеет право на переход с получения трудовой пенсии по старости на получение страховой пенсии по случаю потери кормильца. Несмотря на то, что брак между ней и Крюковым Н.К. был расторгнут, они продолжали проживать совместно, вели общее хозяйство, ухаживали друг за другом, были мужем и женой. Расторжение брака было вызвано семейной необходимостью для блага сына.

Читайте также:  Взыскание по исполнительному производству с пенсии по инвалидности

Решением Ленинского районного суда г. Краснодара от 3 июля 2015 года в удовлетворении исковых требований Крюковой А.А. отказано.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 17 сентября 2015 года решение суда первой инстанции отменено, по делу принято новое решение о частичном удовлетворении исковых требований. Крюкова А.А. признана членом семьи умершего Крюкова Н.К. года рождения. Установлен факт нахождения Крюковой А.А. на иждивении Крюкова Н.К. Требования о признании за Крюковой А.А. права на переход с трудовой пенсии по старости на страховую пенсию по случаю потери кормильца оставлены без рассмотрения.

В поданной в Верховный Суд Российской Федерации кассационной жалобе начальника ГУ — УПФ РФ в Прикубанском внутригородском округе г. Краснодара Борзяк Н.В. ставится вопрос о передаче жалобы с делом для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации для отмены апелляционного определения, как незаконного, и оставлении в силе решения суда первой инстанции.

По результатам изучения доводов кассационной жалобы начальника ГУ — УПФ РФ в Прикубанском внутригородском округе г. Краснодара судьей Верховного Суда Российской Федерации Кирилловым В.С. 17 марта 2016 года дело истребовано в Верховный Суд Российской Федерации, и его же определением от 10 июня 2016 года кассационная жалоба с делом передана для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.

В судебное заседание Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации стороны, надлежаще извещенные о времени и месте рассмотрения дела в суде кассационной инстанции, не явились, о причинах неявки не сообщили. На основании статьи 385 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации считает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации находит жалобу подлежащей удовлетворению, поскольку имеются основания для отмены в кассационном порядке судебного постановления.

Основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов (статья 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации приходит к выводу о том, что при рассмотрении настоящего дела имеются такого характера существенные нарушения норм материального права, допущенные судом апелляционной инстанции, и они выразились в следующем.

Судом установлено и следует из материалов дела, что Крюкова А.А., года рождения, состояла в браке с Крюковым Н.К., года рождения, это подтверждается свидетельством о заключении брака, выданным отделом записи актов гражданского состояния 27 ноября 1956 года.

25 января 1995 года брак между Крюковой А.А. и Крюковым Н.К. был расторгнут по совместному заявлению супругов (повторное свидетельство о расторжении брака от 28 января 2015 года выдано отделом ЗАГС г. Управления ЗАГС Республики ).

4 ноября 2014 года Крюков Н.К. умер. На момент смерти Крюков Н.К. получал трудовую пенсию по старости в размере 17 866 руб., ежемесячные выплаты как ветеран труда в сумме 1195 руб.

Крюкова А.А. с 7 марта 1989 года получает пенсию по старости, с 9 февраля 2006 года ей установлена II группа инвалидности по общему заболеванию. С момента выхода на пенсию Крюкова А.А. не работает. Размер пенсии истца по старости составляет 5696,29 руб., ежемесячная выплата по инвалидности — 2123,92 руб.

В феврале 2015 года Крюкова А.А. обратилась в пенсионный орган с заявлением о переводе с получения трудовой пенсии по старости на получение страховой пенсии по случаю потери кормильца.

Решением комиссии по рассмотрению вопросов реализации пенсионных прав граждан ГУ — УПФ РФ в Прикубанском внутригородском округе г. Краснодара от 6 марта 2015 года Крюковой А.А. отказано в удовлетворении заявления о переходе с трудовой пенсии по старости на страховую пенсию по случаю потери кормильца, поскольку брак между Крюковой А.А. и Крюковым Н.К. был расторгнут, в связи с этим Крюкова А.А. не является членом семьи умершего Крюкова Н.К.

Разрешая спор и отказывая в удовлетворении иска Крюковой А.А., суд первой инстанции со ссылкой на часть 2 статьи 10 Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 400-ФЗ «О страховых пенсиях», устанавливающую исчерпывающий перечень лиц, которые могут быть признаны нетрудоспособными членами семьи умершего кормильца, имеющими право на страховую пенсию по случаю потери кормильца, исходил из того, что право на такую пенсию имеет супруг, достигший возраста 60 и 55 лет (соответственно мужчины и женщины). Несмотря на то, что Крюкова А.А. состояла на иждивении Крюкова Н.К., она не являлась его супругой, в связи с чем пришел к выводу, что у истца не возникло право на получение страховой пенсии по случаю потери кормильца.

Суд апелляционной инстанции не согласился с данным выводом суда первой инстанции. Отменяя решение суда первой инстанции и принимая по делу новое решение о частичном удовлетворении исковых требований, суд апелляционной инстанции указал на то, что Крюкова А.А. на момент смерти супруга являлась пенсионером, инвалидом II группы, не работала, после расторжения брака проживала совместно с умершим Крюковым Н.К. и вела с ним общее хозяйство, ухаживала за ним, следовательно, она являлась членом семьи умершего Крюкова Н.К. Сопоставив размеры пенсий и ежемесячных выплат Крюковой А.А. и Крюкова Н.К., суд апелляционной инстанции признал установленным факт нахождения истца на иждивении Крюкова Н.К.

Оставляя без рассмотрения требования Крюковой А.А. о признании за ней права на переход с трудовой пенсии по старости на страховую пенсию по случаю потери кормильца, возложении на ответчика обязанности назначить страховую пенсию по случаю потери кормильца, суд апелляционной инстанции сослался на то, что назначение страховой пенсии по случаю потери кормильца носит заявительный характер и, соответственно, необходимо обращение истца в пенсионный орган с заявлением, содержащим указанные требования.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации считает, что выводы суда апелляционной инстанции основаны на неправильном применении и толковании норм материального права, регулирующих спорные отношения.

В соответствии с частью 1, пунктом 2 части 2 статьи 264 ГПК РФ суд устанавливает факты, от которых зависит возникновение, изменение, прекращение личных или имущественных прав граждан, организаций. Суд рассматривает дела об установлении факта нахождения на иждивении.

В статье 9 Федерального закона от 17 декабря 2001 года N 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», действовавшего до 1 января 2015 года, было предусмотрено, что право на трудовую пенсию по случаю потери кормильца имеют нетрудоспособные члены семьи умершего кормильца, состоявшие на его иждивении (за исключением лиц, совершивших умышленное уголовно наказуемое деяние, повлекшее за собой смерть кормильца и установленное в судебном порядке).

Читайте также:  Военная пенсия после смерти мужа военного пенсионера

Нетрудоспособными членами семьи умершего кормильца признаются в том числе родители и супруг умершего кормильца, если они достигли возраста 60 и 55 лет (соответственно мужчины и женщины) либо являются инвалидами (подпункт 3 пункта 2 статьи 9 Федерального закона от 17 декабря 2001 года N 173-ФЗ).

Члены семьи умершего кормильца признаются состоявшими на его иждивении, если они находились на его полном содержании или получали от него помощь, которая была для них постоянным и основным источником средств к существованию (пункт 3 статьи 9 Федерального закона от 17 декабря 2001 года N 173-ФЗ).

С 1 января 2015 года вступил в силу Федеральный закон от 28 декабря 2013 года N 400-ФЗ «О страховых пенсиях» (далее — Федеральный закон «О страховых пенсиях»).

Согласно части 1 статьи 10 Федерального закона «О страховых пенсиях» право на страховую пенсию по случаю потери кормильца имеют нетрудоспособные члены семьи умершего кормильца, состоявшие на его иждивении (за исключением лиц, совершивших уголовно наказуемое деяние, повлекшее за собой смерть кормильца и установленное в досудебном порядке).

В части 2 статьи 10 Федерального закона «О страховых пенсиях» определен круг лиц, которые признаются нетрудоспособными членами семьи умершего кормильца, в их числе родители и супруг умершего кормильца, если они достигли возраста 60 и 55 лет (соответственно мужчины и женщины) либо являются инвалидами (пункт 3 части 2 статьи 10 Федерального закона «О страховых пенсиях»).

Члены семьи умершего кормильца признаются состоявшими на его иждивении, если они находились на его полном содержании или получали от него помощь, которая была для них постоянным и основным источником средств к существованию (часть 3 статьи 10 Федерального закона «О страховых пенсиях»).

Таким образом, законодателем установлен круг лиц, подлежащих обязательному пенсионному страхованию в связи с потерей кормильца, перечень которых является исчерпывающим, не подлежащим расширенному толкованию и включает в себя лиц, личные и имущественные отношения между которыми неразрывно связаны с состоянием в браке или родстве.

Статьей 10 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что права и обязанности супругов возникают со дня государственной регистрации заключения брака в органах записи актов гражданского состояния. На основании государственной регистрации заключения брака выдается свидетельство о браке.

В силу пункта 2 статьи 16 Семейного кодекса Российской Федерации брак может быть прекращен путем его расторжения по заявлению одного или обоих супругов, а также по заявлению опекуна супруга, признанного судом недееспособным.

На основании пункта 1 статьи 25 Семейного кодекса Российской Федерации брак, расторгаемый в органах записи актов гражданского состояния, прекращается со дня государственной регистрации расторжения брака в книге регистрации актов гражданского состояния, а при расторжении брака в суде — со дня вступления решения суда в законную силу.

Брак, расторгнутый в судебном порядке до 1 мая 1996 года, считается прекращенным со дня государственной регистрации расторжения брака в книге регистрации актов гражданского состояния (абзац второй пункта 3 статьи 169 Семейного кодекса Российской Федерации).

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 24 сентября 2013 года N 1377-0 «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Габараевой Марины Элгуждаевны на нарушение ее конституционных прав подпунктом 2 пункта 2 статьи 9 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», в Федеральном законе «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» законодатель установил право нетрудоспособных членов семьи умершего кормильца на трудовую пенсию по случаю потери кормильца, определил круг лиц, имеющих право на получение указанной пенсии, включив в число нетрудоспособных членов семьи супруга умершего кормильца. При этом супругами считаются лица, брак которых зарегистрирован в органах записи актов гражданского состояния (статья 10 Семейного кодекса Российской Федерации). Закон не признает незарегистрированный брак и не считает браком сожительство мужчины и женщины.

Следовательно, действующее законодательство не содержит такого понятия, как незарегистрированный брак, и не считает браком совместное проживание мужчины и женщины, которое не порождает для сторон юридических последствий в отношении их личных и имущественных прав. Только зарегистрированный в установленном законом порядке брак порождает соответствующие правовые последствия и влечет охрану личных неимущественных и имущественных прав граждан.

Признавая Крюкову А.А. членом семьи Крюкова Н.К., суд апелляционной инстанции неправильно истолковал подлежащие применению нормы материального права и не принял во внимание, что права и обязанности супругов не могут возникнуть из фактических брачных отношений мужчины и женщины без государственной регистрации заключения брака, сколько бы длительными эти отношения не были, и что не имеет правового значения, состояли ли данные мужчина и женщина ранее в браке, поскольку после расторжения брака они более не являются субъектами семейных отношений.

Суд апелляционной инстанции, установив факт совместного проживания Крюковой А.А. и Крюкова Н.К. и нахождения Крюковой А.А. на его иждивении, вопреки требованиям статьи 10 Федерального закона «О страховых пенсиях», предусматривающей определенный круг лиц, имеющих право на получение пенсии по случаю потери кормильца, пришел к не основанному на нормах, подлежащих применению к спорным отношениям, выводу о признании Крюковой А.А. членом семьи умершего Крюкова Н.К.

Ввиду того, что брак между Крюковой А.А. и Крюковым Н.К. был расторгнут в 1995 году, Крюкова А.А. не являлась супругой умершего Крюкова Н.К., о чем выдано свидетельство о расторжении брака, суд первой инстанции правильно указал на то, что истец не относится к числу лиц, имеющих в силу статьи 10 Федерального закона «О страховых пенсиях» право на назначение страховой пенсии по случаю потери кормильца.

С учетом изложенного у суда апелляционной инстанции оснований, установленных статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, для отмены решения суда первой инстанции и частичного удовлетворения исковых требований Крюковой А.А. не имелось.

Обжалуемое постановление суда апелляционной инстанции нельзя признать законным, поскольку оно принято с существенными нарушениями норм материального и процессуального права, повлиявшими на исход дела, без их устранения невозможны восстановление и защита нарушенных прав и законных интересов заявителя, что согласно статье 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации является основанием для отмены апелляционного определения и оставления в силе решения суда первой инстанции, разрешившего спор в соответствии с требованиями закона.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации, руководствуясь статьями 387, 388, 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,

апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 17 сентября 2015 года отменить, оставить в силе решение Ленинского районного суда г. Краснодара от 3 июля 2015 года.

Источник статьи: http://legalacts.ru/sud/opredelenie-verkhovnogo-suda-rf-ot-25072016-n-18-kg16-53/